Новости Севастополя

Новости Севастополя, 29 декабря 2015.

Версия первая: ложная мишень

«Зачем?» — много лет спрашивала себя Людмила Ивановна Проскурина, торопясь на работу мимо памятника во владивостокском сквере. Здесь, в братской могиле, покоится прах ее отца — штурмана Ивана Мулина. Как и большинство летевших тем роковым рейсом, он был молод — 32 года от роду. И как все двадцать бессмысленно погибших, никогда не сражался за Ким Ир Сена и не сбивал в корейском небе американские самолеты.

В полетном списке злополучного рейса Ил-12 не было ни одного из «сталинских соколов»…

Кто же поднялся в тот день на борт?

В моих руках маленькая книжица бывшего военного летчика, владивостокского журналиста Михаила Чевычелова «В корейском небе — русский след». Тираж — крохотный, 300 экземпляров, чтоб хватило для своих. Главка «Кровавая точка Корейской войны» содержит подробности, до сих пор никем не растиражированные.

«День 27 июля 1953 года выдался на редкость жарким и влажным, — пишет автор. — Командир экипажа, капитан Дмитрий Глиняный, и его помощник, старший лейтенант Иван Игнаткин, проверяли по списку пассажиров у трапа самолета. Многих из них летчики хорошо знали. Это были военные авиационные врачи — подполковники медслужбы и майор. Кроме них летели в отпуск молодые офицеры — капитаны, лейтенанты…

— Командир, когда полагаете быть дома? — поинтересовался кто-то из пассажиров.

— На ужин успеем, — весело пообещал капитан Глиняный.

— Счастливчики, — заметил кто-то из провожающих…»

Сглазил…

Однажды, как рассказывала перед смертью Людмила Ивановна Проскурина, к ней пришел военный человек (она хранила инкогнито до конца своих дней) и открыл страшную тайну: Ил был чем-то вроде ложной мишени. На нем должны были лететь из Порт-Артура во Владивосток не врачи, а высокопоставленные военачальники. Американцы готовили эффектную атаку против высшего комсостава ВМС СССР.

Опыт подобной «охоты» у них уже был. В 1943 году американские истребители Р-38 «Лайтнинг» подкараулили и сбили самолет с японским главнокомандующим адмиралом Ямамото.

Но советские генералы и адмиралы, поведал информатор, почему-то полетели домой не 27 июля, а несколько дней спустя…

Эту версию подтверждает писатель Игорь Сейдов, автор книг о советских летчиках-асах — героях Корейской войны:

«В тот день в Порт-Артуре, действительно, проводилась партийная конференция базы ВМС. Американцы предполагали, что в этот день бортом Ил-12 будут вывозить в СССР с Ляодунского полуострова командный состав наших ВМС. Но партийная конференция затянулась, и поскольку самолету было дано ограниченное время для полета, вместо начальства на нем отправили членов медкомиссии флота и молодых офицеров. Американцы, видимо, не знали, что в последний момент произошли изменения. Они специально охотились за этим самолетом, и для его перехвата была поднята четверка капитана Парра. Гибель ни в чем не повинных людей ложится черным пятном на все ВВС 5-й ВА США в Корее. И навсегда останется на совести этого летчика.»

Новости Севастополя

Версия вторая: амбиции Ральфа Парра

— Ральф Шерман Парр был одним из лучших американских асов, — говорит военный историк, бывший начальник разведки ВВС Тихоокеанского флота (ТОФ), полковник запаса Павел Левшов. — Существует версия, что он очень хотел успеть стать двойным асом, а для этого нужен еще один — десятый — сбитый враг. Вот он и расстрелял «сидящую утку», как называли боевые летчики транспортный самолет. Сомнительная для аса победа. И я, честно говоря, в эту версию не очень верю хотя бы потому, что 27 июля, в день перемирия, американская авиация произвела и другие налеты на аэродромы на территории Китая…

Зато есть другой, куда более важный вопрос.

— Командование ВВС США официально запрещало своим летчикам перелетать китайскую пограничную реку Ялуцзян, — продолжает Левшов. — Действовал взаимный запрет: они не летают за речку, мы — за 38ю параллель. Но 27 июля американская воздушная армада углубилась не на десятки — на сотни километров китайской территории. Почему?

Новости Севастополя

Свидетельствует Ральф Парр:

«…Я осуществлял полет на истребителе-разведчике по «оранжевой» степени боеготовности. В 12 час. 30 мин. обнаружил самолет противника, когда он был под моим самолетом. Совершив два захода с целью опознания, я увидел на самолете «Ил-12″ большие красные звезды. Во время третьего захода я открыл огонь. Оба двигателя самолета противника загорелись, а затем самолет взорвался…»

А вот — выписка из Акта расследования обстоятельств гибели Ил-12 593го отдельного транспортного авиаполка ВВС ТОФ, хранящаяся в фондах Центрального военно-морского архива (один из немногих рассекреченных по этому делу документов):

«В 11 час. 16 мин. станции ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи. — Авт.) отметили самолет Ил-12, следовавший по перелетной трассе, над пунктом Хуадянь, а в 11 час. 18 мин. в этом же районе обнаружили две группы самолетов типа F-86, по 4 самолета в каждой группе, следовавшие на север.

В 11 час. 26 мин. над пунктом Хуа-Гоу произошла встреча самолета Ил-12 с одной из групп F-86, после чего радиолокационные станции самолет Ил-12 не отмечали.

По показаниям местных жителей, между 11 и 12 часами дня 27 июля они услышали необычный звук и стрельбу в воздухе, затем последовал взрыв. После взрыва они видели падающий горящий большой самолет, от которого в воздухе отделялись предметы. На месте падения Ил-12 обнаружено: на кабине и фюзеляже 19 пробоин от крупнокалиберного пулемета; у 6 трупов из двадцати имеются следы пулевых ранений.

…Все собранные материалы подтверждают, что самолет Ил-12 был атакован в 11 час. 26 мин., сбит и упал в 4 километрах от деревни Маоэрошань, провинция Гирин».

2 августа было опубликовано лаконичное сообщение: замминистра иностранных дел Советского Союза А.А.Громыко вручил ноту протеста послу США Ч. Болену по поводу того, что «4 американских истребителя, вторгшиеся в пределы Китайской Народной Республики, атаковали и сбили в районе г.Хуадянь, в 110 км от китайско-корейской границы, советский пассажирский самолет Ил-12, совершавший регулярный полет из Порт-Артура в СССР по установленной трассе».

Казалось бы, должен грянуть международный скандал. Но о трагедии в китайском небе больше не вспоминали никогда. Лишь два года спустя, когда во Владивостоке наконец захоронили урны с прахом погибших и установили памятник, краевая партийная газета упомянула об этом в крохотной заметке…

Почему же не дали очевидный ход расследованию?

Версия третья: месть советских летчиков

Дипломаты и официальные лица еще молчали, когда за Ил-12 отомстили «неофициально». Через два дня после трагедии над Хуа-Гоу, 29 июля 1953 года, недалеко от берегов Приморья, южнее острова Аскольд, наши истребители МиГ-17 сбили американский разведывательный самолет Б-50.

Новости Севастополя

Прошло сорок с лишним лет, прежде чем этот факт был подтвержден рассекреченными документами. Тогда же обнародовали имена пилотов 88го гв. истребительного авиаполка ВВС ТОФ, награжденных за тот бой орденами Красного Знамени, — гвардии капитан Александр Рыбаков и гвардии старший лейтенант Юрий Яблоновский.

«Совершенно секретно. Министру обороны Союза ССР маршалу Советского Союза тов. Булганину Н. А.

Докладываю… Район обнаружения …обломков «Б-50» …расположен в 40-45 км к юго-востоку от того места, где самолет-нарушитель был сбит нашими истребителями. Это обстоятельство дает полное основание считать, что самолет сбит над нашими территориальными водами и при резком планировании с высоты 7000 м со скоростью 400 км/час в юго-восточном направлении через 6-7 минут упал в районе 55 км к юго-востоку от острова Аскольд.

Адмирал флота Н. Кузнецов

30 июля 1953 г.»

Решительные действия 29 июля я связываю со сбитым Ил-12, — считает бывший начальник разведки ВВС ТОФ Павел Левшов. — Таков был адекватный ответ авиаторов-тихоокеанцев на уничтожение нашего транспортного самолета. Дело в том, что полеты вблизи нашей территории американцы производили в те годы систематически. Это считалось обычным. Но их не сбивали. А тут…

По нашей аргументации, — продолжает мой собеседник, — американский самолет нарушил воздушное пространство Советского Союза. Противная сторона это отрицала. Доказать свою правоту просто: нужны радиолокационная отметка цели и кальки постов ПВО. Но ни в одном из документов расследования такие «вещдоки» не фигурируют. И неизвестно, сохранились ли они вообще. До сих пор многие документы, касающиеся Корейской войны, имеют гриф «Совершенно секретно».

Впрочем, и без архивов понятно: война в Корее — это история о том, как вчерашние союзники стали врагами.

Версия четвертая: большая политика

«Через несколько дней после гибели нашего Ила из Порт-Артура по этому же маршруту вылетел экипаж майора Петра Боднара, — продолжаем читать воспоминания военного летчика Михаила Чевычелова. — За штурвал транспортного самолета Ли-2 рядом с командиром сел командующий авиацией ВМФ СССР, Герой Советского Союза, генерал-полковник Евгений Преображенский».

Да-да, тот самый легендарный Евгений Преображенский, который уже в начале августа 1941-го бомбил Берлин! Вряд ли генерал-полковник Преображенский оказался 27 июля 1953 года в Порт-Артуре случайно.

«Вот как вспоминал о том полете ветеран Тихоокеанского флота, старший прапорщик в отставке Петр Панов: «Преображенский перед вылетом из Порт-Артура сам отбирал пассажиров на самолет. Многих офицеров знал лично и брал только тех, кто мог бы ему помочь, если вдруг нападут янки. Строго приказал всем смотреть в оба и докладывать лично.

Взлетели, набрали высоту, легли на маршрут. Час полета. Радиограмма: «За вами охотятся! Будьте внимательны!»

«Усилить осмотрительность!» — скомандовал Преображенский и перевел самолет в набор высоты. Мы вошли в облака, да такие плотные, что едва просматривались консоли крыльев. Облачность была мощная, многоярусная — такой своеобразный слоеный пирог. Этот «пирог» и помог нам добраться до государственной границы СССР».

В воспоминаниях старшего прапорщика Панова нет фамилий высокопоставленных партийных и военных чинов (по неподтвержденным данным, бортом Ли-2 мог лететь и главнокомандующий войсками Дальнего Востока маршал Р.Я. Малиновский), безопасность которых обеспечивал лично Герой Советского Союза Евгений Преображенский. Скорей всего, американцы охотились и за ним самим. И кто знает, случись новая трагедия, в какую сторону качнулся бы маятник «высоких отношений» двух сверхдержав…

…Наш автобус останавливается на улице Сталина (по-китайски — Sidalin Lu), прямо у указателя. В городе Порт-Артуре (сейчас он называется Люйшунь), откуда 62 года назад с аэродрома Тученцзы вылетел в свой последний рейс транспортный Ил-12.

Здесь, как и во многих китайских городах, есть большое русское кладбище. Вокруг монумента «сталинским соколам» — более сотни одинаковых могил с красными звездами и серыми самолетиками. Погибших в Корейской войне советских летчиков из соображений конспирации было запрещено везти на Родину «грузом 200». Мы «не участвовали» в той войне. Большие ордена и Золотые Звезды Героев за подвиги в небе вручали украдкой, без фанфар и свидетелей. А тех, кто не уцелел, тихо хоронили на чужбине.

Погибшим в Корейской войне американским военнослужащим открыли в Вашингтоне мемориал, где увековечены десятки тысяч фамилий. А мы и сегодня будто чего-то стыдимся. И до сих пор не знаем не то что фамилий — точного числа тех, кто отдал жизнь в совершенно секретной «правительственной командировке» в Корею..

Севастопольское агентство новостей — Новости Севастополя

www.sannews.com.ua

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ